Осада

География рождения курсантов военно-медицинского факультета такова, что если бы взялся какой-то исследователь её анализировать, то мог бы написать целый труд под названием «Военная помощь Советского Союза странам третьего мира». И его труд, несомненно, тут же засекретили бы. Мой сослуживец Саша родился в Алжире, Вадим — в Ливии, Коля — в Чехословакии. Ромка был «свой», он родился на Чукотке, но в школу пошёл сначала в Киргизии, потом в Германии. Истории каждого заслуживают отдельного рассказа. Но встретил я на днях одного майора медицинской службы и рассказал он мне следующую историю своего детства. Может и открыл он какую-то замшелую военную тайну. Но за давностью лет простят ему.
Отцом Вовка гордился. Отец был офицер-десантник, высокий, громогласный, сильный, полная грудь значков и медалей. Таким отцом будет гордиться любой советский мальчишка. И Вовка искренне не понимал, за что отца не любят ребята, с которыми он ходит в школу. И за что не любят его, Вовку. Ведь он такой же как они. Тоже играет в футбол, читает Фенимора Купера и Роберта Стивенсона. А то, что иногда не понимает, о чём они говорят — так это чепуха.
И отец. Он ведь такой красивый, сильный. А когда идет по улице, сжимая вовкину ладонь, то встречные старухи злобно шипят вслед, а некоторые даже плюют себе под ноги. А отец будто не замечает. Вовка много раз спрашивал: «Зачем они так с нами?» Отец отшучивался. Мол, вырастешь — поймёшь. А пока — лишний раз из военного городка не выходи. И вообще — без взрослых лучше в город не выходи.
Вечером, в конце декабря 1991-го года командир части собрал всех офицеров в своем кабинете.
Вовкин отец рассказывал:
— Набилось, как сельдей в бочке. Стоим, дышать трудно. Тридцать человек в одной комнате. Все уже, конечно, знают. Дома радио и телевизор, не в степи живем. Молчим, ждем, что командир скажет. И он молчит.
Наконец прокашлялся. И сипло так начал:
— Товарищи офицеры, с сегодняшнего дня Союза не существует. А значит мы с вами теоретически находимся на территории предполагаемого противника. Возможны провокации и даже нападения на часть. Поэтому приказываю: выдать личному составу автоматы, бронежилеты и максимальный запас боеприпасов. Усилить караулы.
Повисла пауза. Наконец откуда-то из угла донёсся притиснутый широкими спинами голос зампотыла:
— Нас эвакуируют или самим придётся пробиваться?
— Приказов на этот счёт пока не поступало, — ответил командир. — А значит — стоим на месте.
Часть зашевелилась. Всем солдатам выдали оружие, гранаты. Отменили отпуска. Семьи военнослужащих, проживающие в городе, были экстренно эвакуированы на территорию части и размещены в казармах. Вовка помнит, как тихонько плакали матери, прятали свои слёзы, чтобы не показывать мужьям, у которых нынче другие заботы. Для детей это всё было какая-то игра. Было даже интересно и весело.
По улочкам военного городка солдаты ходили чуть ли ни целыми отделениями. В сторону жилых кварталов ставших вдруг враждебными и чужими развернулись пулемёты.
Через пару часов в кабинет командира постучался его заместитель, майор Н.
— Товарищ командир, есть ещё одна проблема, — капитан положил на стол командиру список. — Рядовые Кахадзе и Бурошвили, сержанты Кравчук, Ясюкайтис и старший сержант Акопян. И так далее. Всего двадцать четыре человека. Кем их теперь считать?
— Вот, блин! — командир в сердцах стукнул по столу кулаком. — До особого распоряжения считать всех вышеперечисленных русскими солдатами!
Поздним вечером к стенам воинской части подъехали две тонированные шестерки, из которых вышли почти полтора десятка местных жителей.
— Началось, — подумал вовкин отец.
— Оккупанты! — крикнул один из гостей. — Оккупанты, убирайтесь!
Часть ответила молчанием. Местные прошлись на счет их матерей, насчёт того, что сделают с жёнами, если военные немедленно не сдадут оружие.
— Эй, русские, убирайтесь!
— Пошли на х…! — не выдержал осетин Закурдаев.
— Закурдаев — молчать! — грозным шепотом рявкнул старший лейтенант Кузнецов. — Отставить поддаваться на провокации!
— Есть отставить поддаваться на провокации, — ответил рядовой.
И не поддавались больше. Даже горячие «русские» с Кавказа.
— Ты спросишь меня, о чём я думал тогда? — спрашивает Вовка. — Не поверишь, я думал об упаковке новеньких фломастеров, которые я на пару дней одолжил однокласснику. Порисовать. Беспокоился, чтобы он не потерял мой любимый, фиолетовый. Кстати, этих фломастеров я так и не увидел. Отец больше не пустил меня в школу, а одноклассник, само собой, не принёс.
Две недели часть сидела, вооруженная до зубов, целясь из автоматов в ставшим вдруг враждебным город. Местные веселились, праздновали, ходили вокруг части с национальными флагами. Кричали оскорбления в сторону забора. Но оттуда на них смотрели свирепые кавказские, азиатские и славянские лица, подкрепленные дулами автоматов, поэтому к счастью дальше криков и оскорблений дело не дошло.
А однажды вечером отец переоделся в гражданскую одежду, собрал чемоданы и повел семью на вокзал, чтобы отправить Вовку с матерью к бабушке, в Воронеж. С ними вышли из части три солдата и прапорщик Бриедис, тоже в гражданской одежде.
— Перед выходом из части, мама серьёзно посмотрела мне в глаза и сказала: «Ни в коем случае не заговаривай со мной по-русски. Лучше молчи». И я молчал всю дорогу до вокзала. Мы уехали, а отец остался. На перроне он так крепко обнял нас с матерью, что мне стало больно. Но я молчал. Это было как в кино про войну. Только в кино уезжали мужчины, а женщины и дети оставались их ждать.
Они ещё один раз вернулись. Почти через полтора года, когда большие начальники договорились о механизме вывода войск с территории новоиспеченных независимых государств. Мать не хотела брать Вовку с собой, но он давно не видел отца, поэтому умолял, пока она не согласилась.
— Я помню, как на вокзале стояли несколько составов с вооружённой охраной. Вокруг шныряли местные, пытаясь что-то стащить. Не хватало составов, вагонов, брезента, людей. И военные оставляли нажитое барахло, чтобы затащить в вагон ещё пару двигателей от БТРа. Ещё думали, что кому-то это понадобится, кто-то оценит. Да и не могли по-другому. Я сейчас читаю в интернете, мол, не так всё было, — говорил мне Вовка, а нынче Владимир Николаевич, майор медицинской службы. — Мол, уходили неспешно, Затянули процесс вывода на два-три года. Не буду спорить. Детское восприятие отличается особенностями, а спустя столько лет какие-то детали стираются из памяти и на смену им приходят другие. Но мне почему-то вспоминается суета, беготня на грани паники. И то, как на прощание прапорщик Иванов выбил в казарме половину стекол.

Многим это тяжело вспомнить будет. Знаю о чем говорю. Перекрестил.

и все таки это был позор большой страны. Очень рад тому, что сегодня нас стали снова уважать.

и все таки это был позор большой страны. Очень рад тому, что сегодня нас стали снова уважать.

Я из КЗ, очерь рад за Россию, что она хоть во внешней политике преодолела много.
«И сейчас опять враг у ворот.»

Нам в при ГКЧП то выдавали автоматы, то загоняли в ленкомнату смотреть «лебединое озеро». До сих пор эта музыка вызывает ассоциации распада моего мира и растерянности.
Смылся из части на объект, на дежурство. Вечером сидим уже Ельцин на БТРе. Дежурный капитан собрал на всех, спрашивает: «Что там у вас есть?» . Достал свой домашний тормозок и флягу из сейфа.
Усатый капитан и шесть мальчишек в выгоревшей форме, пустыня в самой средине Евразии. Поднялся с рюмкой.
-- Мы проиграли Холодную войну. Сейчас нас будут делить. Выпьем последние солдаты Советского Союза.

Так я бухал в армии, единственный раз. Пить с подчиненными это… Но тогда, я считаю было можно.

пока мы едины, мы не победимы. ©

И ведь, ска, в Таджикистане, Узебкистане, Казахстане — простые люди кричали «русские — убирайтесь домой». А теперь с коровьими глазами они прутся в Россию — «эта, брат, кушать хачу, дай работа!»

Джезказган, 1992 год осталась квартира, убегали бросая всё. Продать жильё было нереально -» зачем покупать, если скоро бесплатно достанется».

А сейчас все это стадо к нам едет.

мы в это время около Сумгаита аэродром охраняли. потом перебросили в Вазиани. тревожное время было.
в военике так и записано: 1 год армия СССР, 1 год армия России. хотя присягу только СССР давал. так и остался советским солдатом.

и все таки это был позор большой страны. Очень рад тому, что сегодня нас стали снова уважать.

Простите, кто? Просто, речь про прибалтов (как я понял), и это они стали уважать?
Искренне хотелось бы чтобы это было так.

Да будут благословенны те, кто жил в эпоху перемен. Кто выжил, выстоял и снова поднял великое знамя Силы и Воли! Не сломаемся. Разбежаться можем. Спрятаться… на время. Но сломаться — никогда

Джезказган, 1992 год осталась квартира, убегали бросая всё. Продать жильё было нереально…

Не верю. У меня там родственники жены жили в Никольском, в смысле живут и я там был и ничего такого не видел. А квартиры бросали, потому что, денег у людей не было. В Абае, где жили родители и сестра за 100 долларов можно было купить трёхкомнатную квартиру.

Джезказган, 1992 год осталась квартира, убегали бросая всё. Продать жильё было нереально…

Не верю. У меня там родственники жены жили в Никольском, в смысле живут и я там был и ничего такого не видел. А квартиры бросали, потому что, денег у людей не было. В Абае, где жили родители и сестра за 100 долларов можно было купить трёхкомнатную квартиру.

Да, в Душанбе тоже такого быть не могло, как и в Баку…

Не имею привычки кого-то в чём-то убеждать. В подъезде жили с казахами — все нормальные, но если кто-то со стороны русские забредали — начиналось шипение «оккупанты, убирайтесь». Каждый день возле магазинов русские с казахами бились. Резни, как в Таджикистане — не было. Но ощущения всё-равно неприятные.

Вопрос в том, что это были такие же простые люди как и мы. Вот в чём проблема. Простой человек должен же думать головой?

Русские принесли в Среднюю Азию цивилизацию в 19 веке. Отстроили города: Верный (Алма-Ата, Алматы), Кокчетав, Акмолинск и так далее. И чем дело закончилось? Мы для всех оккупанты, блеать! Хуле ж вы тогда к оккупантам прётесь-то??

Прям про Крым 2014 написано

да уж. предали тогда большезвездые генералы свою Родину, СССР.
А ведь присягу давали беречь от врага.

Нам в при ГКЧП то выдавали автоматы, то загоняли в ленкомнату смотреть «лебединое озеро». До сих пор эта музыка вызывает ассоциации распада моего мира и растерянности.
Смылся из части на объект, на дежурство. Вечером сидим уже Ельцин на БТРе. Дежурный капитан собрал на всех, спрашивает: «Что там у вас есть?» . Достал свой домашний тормозок и флягу из сейфа.
Усатый капитан и шесть мальчишек в выгоревшей форме, пустыня в самой средине Евразии. Поднялся с рюмкой.
-- Мы проиграли Холодную войну. Сейчас нас будут делить. Выпьем последние солдаты Советского Союза.

Так я бухал в армии, единственный раз. Пить с подчиненными это… Но тогда, я считаю было можно.

Казахстан,91 год. Было точно так же. Ждали команды о военном/особом положении в стране с выданным оружием и б/к. Увы…

И ведь, ска, в Таджикистане, Узебкистане, Казахстане — простые люди кричали «русские — убирайтесь домой». А теперь с коровьими глазами они прутся в Россию — «эта, брат, кушать хачу, дай работа!»

Джезказган, 1992 год осталась квартира, убегали бросая всё. Продать жильё было нереально -» зачем покупать, если скоро бесплатно достанется».

интересно, все кто уехал продали, а ты бросил. единственное что мешало продаже гиперинфляция и отсутствие наличный денег, деньги тогда были в ходу советские и частично российские наминалом от 200 до 5000. даже те кто в России получили статус беженцев в большенстве продали свое имущество может и за копейки но продали. в жезказгане была более менее работа — медьзавод, шахты, хуже было в провинции там да некому было продавать квартиры — джезды, Аркалык. там не только русские квартиры побрасали, но и казахи. какой адрес в жезказгане.

Насчет Казахстана тут надо смотреть на Север и Юг (КУстанайская область до 97г) не было ни притеснений ни «русские убирайтесь «, а просто большой экономический пиздец, от которого и бежали. Я слухи ходили, что южане жесть творили.

и все таки это был позор большой страны. Очень рад тому, что сегодня нас стали снова уважать.

Уважать? Хотелось бы, конечно. Но сейчас к нам отношение как к бухому соседу дяде Ване с топором — на ногах еле стоит, но может и долбануть, если что в голову стукнет. Не стоит переоценивать тот дурдом, что наворотило наше правительство во внешней политике, меньше всего это заслуживает уважения. А то, что говорит телевизор — сплошная пропаганда и преувеличения. Право слово, хотите сохранить разумное восприятие — не включайте его.

В Семипалатинске стояла дальняя авиация Ту-95-военный городок опустел практически за сутки, казахи делили квартиры со всем имуществом… И видел колонны беженцев из Средней Азии — русских — по трассе Семипалатинск — Барнаул… Почти всю осень 91 г. двигались… Блять, прибить этого пятнистого мало и гореть в гиене огненной алкашу !!!

зато теперь черножопых овер дохуя у нас.
а сказать им домой пиздовать — это не толерантно.

Очень рад тому, что сегодня нас стали снова уважать.

А кто сейчас стал уважать нас? Еще больше презирают… месяца 3-4 назад опять по Казахстану прокатилось переименование улиц с русских названий на казахские, Казахстан переходит на латиницу… Или может Украина, Польша или Запад стал уважать нас?
За что уважать то? То что было раньше, Российская Империя, затем СССР — имеет такое же отношение к сегодняшней России, как Римская Империя к к сегодняшней Италии…
Кто там и что строил в бывших республиках? Это не сегодняшняя Россия строила, сейчас Россия у себя ничего путного построить не может, не говоря уж где либо …

Отцом Вовка гордился. Отец был офицер-десантник,

Чем гордиться? Десантники первые предали Советский Союз — Грачев, Лебедь.
Оба — чистые десантники, оба выпускники Рязанского училища.
Забив на присягу и долг, перешли на сторону врага, оба — иуды

Вечером, в конце декабря 1991-го года командир части собрал всех офицеров в своем кабинете

а что командир части только в 91 году очнулся? в 1990 Россия уже объявила о суверенитете 12.06.1990 г, о чем еще другие республик даже и не знали что это и с чем есть, раньше и Прибалтики и Украины и Казахстана

А, сейчас, когда мы становимся всё сильней, я бы им напомнил, как они геноцидили русских, которые жили рядом с ними. Сейчас они в России гастарбайтеры. Все вежливые, с метёлками, с лопатами… ТВАРИ!!!
Хоть заминусуйте, но, для меня они — ТВАРИ!